перейти к навигации
17 Февраль 2010

Выход в «тень».


 Powered by Max Banner Ads 

В условиях кризиса теневой сектор  может оказаться спасительным кругом и для бизнеса, и для экономики в целом. Ведь борьба с кризисом путем перекачивания доходов  из легального бизнеса через бюджет как минимум бесполезна. Или даже вредна, учитывая, что у бюджетного источника стоят толпы страждущих коррупционеров. Усиление государственного вмешательства в стагнирующую экономику приводит лишь к бегству капиталов и замораживанию деловой активности.

Homo economicus

Ограничение естественных потребностей человека, в том числе стремления к рациональной хозяйственной деятельности, всегда встречает сопротивление. Явное или скрытое. В последнем случае человек предпочитает борьбе за свободу - свободу неформальную, теневую. Теневой сектор наиболее полно вписывается в систему координат экономической теории. Скрывшись от государственного контроля, бизнес работает лишь по законам рынка.

После того, как существование теневой экономики в 70х годах ХХв. было «открыто» экономистами (прежде всего Кейтом Хартом, Великобритания), методология ее исследования активно развивалась. Спустя десятилетие «Голубая книга», издаваемая статистическим комитетом ООН, уже обнародовала критерии и методы отражения неформальной экономической деятельности в системе национальных счетов. Хотя точные оценки «тени» могут быть лишь неофициальными, так как любое государство не желает признавать реальные масштабы неконтролируемой им экономики.

Экономист Эрик Файг впервые оценил масштаб «тени» США, по его подсчетам неформальный сектор составлял  треть ВВП. Его коллега П.Гутманн предложил свою цифру - 11%. А официальные власти США настаивают на 4%. Что же касается размеров теневого сектора в Украине, то по оценкам независимых экспертов, он составляет – 45-60% ВВП. Официальная версия Минэкономики – 32% (до недавнего времени наблюдалась оптимистическая тенденция к снижению этого показателя). В России оценка научного сообщества - 23%. Официальное мнение МВД России – до 45%.

Вследствие недостоверности информации о «тени», данные государственной статистики отдельных стран о торговых и инвестиционных потоках ВЭД не состыковываются между собой. Всемирный баланс год от года не сходиться на 10-15% мирового ВВП. Масштабы же мирового теневого сектора примерно вдвое выше этого показателя.

Теневая экономика условно делиться на три части: легальную, черную (криминальную) и серую. Даже в законопослушной Швеции причиной занижения официального ВВП является совершенно легальная вовлеченность населения в экономику самообеспечения, называемую иногда огородной. Попросту говоря, люди работают на себя и свои семьи в домашнем хозяйстве, на приусадебном участке, производя немалый объем товаров и услуг, потребляемых самостоятельно или подлежащих обмену, но никак не отраженный в системе национальных счетов.

На противоположном полюсе - криминальные виды бизнеса (от социально опасного - оружие, наркотики, проституция, рэкет до менее вредного –контрафактная продукция и пр.). Такую теневую экономику ученые не рискуют изучать с помощью анкетирования (в отличии от огородной), учитывая особый характер респондентов.

Между этими крайностями находится весь спектр того, что обычно ассоциируется с определением серой экономики - легальной в обычных условиях хозяйственной деятельности, но не отражаемой в официальной (статистической, налоговой) отчетности. Или намеренно искаженной в такой отчетности с понятной целью - увеличить экономическую эффективность деятельности, за счет устранения влияния на нее государства. Такая серая экономика – неотделимая часть нормального бизнеса (который намеренно вводит государство в заблуждение относительно своих реальных показателей).

Основным мотивом тенизации легального бизнеса считается, конечно, уклонение от уплаты налогов. Меньше покажешь - меньше заплатишь. И это подтверждается положительной зависимостью масштабов теневой экономики от тягот налогообложения в разных странах. Тягот, связанных не только с относительной или абсолютной величиной уплачиваемых налогов, но и с трудоемкостью их администрирования. Украина по этим показателям – страна чемпион, она находится на 177 месте рейтинга МВФ (всего в списке 181 страна).

Теневой спектр

Элементы серой экономики, как мозаика покрывают весь спектр деловой активности. Начальный элемент - подпольное производство. Оно существовало еще в СССР. С приходом  рынка подпольное производство сохранилось в сфере контрафакта. Увеличилась армия шабашников - безлицензионных строителей, перевозчиков. Продолжают существование даже такие экзоты как нелегальные шахты.

В процессе рыночной трансформации гораздо больших, по сравнению с подпольным производством, масштабов достигло теневое обращение (неучтенная продажа за наличные и нелегальные бартерные обмены). Обороты «черного нала» составляют до 60% розничного товарооборота в Украине. Соответственно, более половины наличной валюты - гривневой и долларовой - обслуживает нелегальные сделки.

Первые два элемента породили третий – теневую занятость. Известно, что не менее 45% заработных плат в Украине выплачивается в конвертах. Теневая занятость не только снимает налоговую нагрузку на фонд оплаты труда. Одновременно либерализируются отношения работника и работодателя. Последний не выполняет социальных обязательств, не соблюдает официальную процедуру найма и увольнения.

Наличие спроса на теневые финансовые услуги стимулирует предложение – мир «теневых» финансов развивается и усложняется. Со временем из «конвертации» и «отмывания» выросли элементы высшего пилотажа – оптимизация издержек, финансовых потоков и оффшорное планирование. Если услугами конвертационных центров пользуются до 80% предприятий не зависимо от масштабов деятельности, то сложную схемотехнику (балансирующую на грани законности и криминала) могут позволить себе лишь респектабельные компании и ФПГ.

Основной прием серой экономики – использование трансфертных цен. Это значит, что все существенные закупки и продажи компания отражает в официальных документах по ценам, не имеющим никакого отношения к действительности. То есть, цены искажены с целью занизить доходы и завысить расходы и таким образом уменьшить налогообложение прибыли. Или же сокрыть базу обложения косвенных налогов, – например, минимизировать НДС и пошлины за счет занижения суммы инвойса при импорте.

Руководство Госфинуслуг в 2005г. впервые призналось, что две трети страхового рынка Украины приходится на отмывание грязных денег. Благодаря принятым мерам, после 2006 года  доля серых страховых операций, начала сокращаться, уступая поле деятельности по вывозу капитала фирмам, осуществляющим ценнобумажные транзакции. Не менее популярны в среде финансистов схемы, известные как «импорт без ввоза», позволившие вывезти от $2 млрд до $3 млрд за последние годы.

Откровенность Госфинуслуг конечно радует, а вот скромность НБУ в отношении своих подопечных удивляет. Даже неспециалисту понятно – без содействия  банков никакая конвертационная деятельность невозможна.

Несмотря на сложность и консервативность валютного законодательства Украины, бизнесу удается выводить из страны от $5млрд до $8 млрд  ежегодно. По официальным данным НБУ в 2002-2006гг. Украину покинуло $22,5 млрд. Сопоставимый объем денежных ресурсов остается в оффшорных зонах благодаря трансфертному ценообразованию. Суммарно такой побег капиталов оценивается в 36% от объемов экспорта.

Трансфертные цены существуют не только там, где создается ВВП (формируется добавленная стоимость). Даже при бесприбыльных транзакциях стараются избегать налогообложения. Например, в договорах продажи, мены, дарения недвижимости, оформляемых нотариально, стремятся указать не реальную цену, а до смешного низкую оценочную стоимость (рассчитанную БТИ по советским нормам). А затем самые ушлые продавцы умудряются еще и получить у нотариуса откат. Это продолжается много лет не то что из-за лазеек, а из-за широченных туннелей в законодательстве.

Серая экономика возникает одновременно с созданием стоимости, и даже по прошествии времени. В частности, если гражданину, заработавшему за прошедший год миллионы, хочется затем показать в своей декларации сопоставимые с реальными доходами цифры, но ничего при этом от налогообложения не потерять. Пожалуйста. Дыры в законодательстве позволяют сделать это. Хотя одна из них – известная как «доходы по государственным ценным бумагам» в 2008г. была запломбирована.

Правовое поле латают, однако, у субъекта, нежелающего платить налоги всегда есть выбор – ценнобумажные, импортные, страховые операции, ИСИ, и пр. Причем у самого минимизатора существует не только чисто предпринимательский интерес сэкономить на налогах. Часто его мотивом к уклонению служит нехристианское желание дать сдачу несправедливому государству, не заплатить ему мзды.

Свобода как отсутствие выбора

Государство – оседлый бандит, утверждают экономисты либералы. Охотно делиться с ним будут лишь тогда, когда создаваемые государством блага заслуженно оценены населением. Как, например, в Швеции где, несмотря на серьезное налоговое бремя дисциплина налогоплательщиков показательно высока. Или когда государства будут бояться больше – Россия тому пример. Или когда существует неявная или неофициальная договоренность между правительством и бизнесом, об уплате некой десятины. Опять-таки, пример – Россия.

И, конечно, доля теневой экономики напрямую связана с уровнем коррумпированности государства. Вновь похвастаться нечем - Украина занимает 85 место из 102 в рейтинге, составленном международной организацией по борьбе с коррупцией Transparency International. С одной стороны коррупция обеспечивает сохранность организационной структуры теневой экономики – транзитных и конвертационных фирм. Попытки их выявления и ликвидации пресекаются взятками. С другой стороны – высокий уровень коррупции считается чуть ли не первопричиной возникновения «иного мира» теневой экономики.

Как бы там ни было, теневая экономика может оказаться единственным способом выжить для миллионов граждан. Перуанский экономист Эрнандо де Сото в свое время перевернул представление о теневой экономике, считавшейся до этого социальным злом. Если раньше считали, что теневая экономика – это брутальная альтернатива легальной, то перуанский экономист показал, что для многих участников неформального сектора выбора, по сути, нет. Так, подсчитав в Перу «издержки на соблюдение законности» в сфере торговли и мелкого производства он пришел к выводу, что начинающему предпринимателю они не по силам. И установил, что за счет ухода в тень рентабельность среднего бизнеса увеличивается в 3-4раза. Только нелегальный сектор может обеспечить местному бизнесу  конкурентоспособность по сравнению с поддерживаемой бюрократами монополией международных корпораций.

Если подсчитать затраты, связанные с открытием бизнеса в сфере легальной торговли или общепита в любом областном центре Украины, то станет ясно, что проблемы Перу украинцам близки и понятны. Нелегальные строительные подряды для многих жителей Западной Украины – единственный источник дохода. Незаконная торговля в переходах намного важнее для выживания наших бабушек, чем столь дорогая для налогоплательщиков пенсионная система. А благодаря нелегальным доходам врачей в нашей стране пока еще есть «бесплатная» медицина.

Теневые ресурсы

Может быть, есть два вида теневой экономики – для богатых (плохая) и для бедных (хорошая)? Оказывается, нет. Между бабушкой в переходе и корпорацией использующей оффшорные схемы нет принципиальной разницы. В государстве, не способном эффективно решать социальные и инвестиционные задачи теневая экономика и бедных, и богатых – способствует созданию дополнительных рабочих мест, обеспечивает прирост вложений и доходов простых людей. А сэкономленные налоги – это прямые инвестиции в экономику. Кстати, основная часть прямых инвестиций в Украину - из Кипра (куда предварительно уходит оффшорная прибыль корпораций). Что может дать неэффективно управляющее бюджетом и коррумпированное государство взамен, если теневая экономика, обеспечивающая 60% доходов и инвестиций в стране, исчезнет?

Может сложиться впечатление, что неформальный уклад выполняет позитивную роль только в слабых доиндустриальных экономиках (типа Перу). Однако промышленное развитие Китая также было связано с ростом неформальной занятости и производством контрафакта в мировых масштабах.

Еще один пример – мощная Япония, в которой нелегальный сектор составляет всего 5% ВВП (то есть в тени работают в основном представители криминального бизнеса). В этой стране неслабые по административным и финансовым возможностям правительства, начиная с 90х годов прошлого века пытаются преодолеть кризис, усиливая налоговую, бюджетную и кредитную политику. Тщетно. Экономика великой страны, в которой почти нет теневого сектора, не растет. Либерально настроенные экономисты говорят, что причина затяжного пике Японии – избыточное государственное вмешательство. Которое могло быть сглажено неформальным сектором экономики. Но его практически нет.

Теневая экономика, ее серая часть – единственный самоорганизующийся, либеральный инструмент, способный преодолевать кризисные процессы, не уповая на правительство. Это конечно не означает, что наше государство должно самоутсраниться окончательно. Нет. Но оно должно осознать, что существует диалектика единства и борьбы с неформальным сектором. Тень устраняет перекосы в экономике и, как ни странно, помогает правительству решать социальные задачи.

Снизить долю неформального сектора государство может не путем налогового иезуитства. А только став лучше «тени». Повысив эффективность своих функций. Устраняя коррупцию. Снизив барьеры вступления в бизнес. Обеспечив реальные, а не «кумовские» инвестиционные льготы. Иного способа мир не придумал.

Автор статьи: Денис Липницкий, кандидат экономических наук.
http://denis-lipnitsky.livejournal.com

Есть
статья!?

Социальные сети и другое

Добавить в блог

Чтобы разместить ссылку на этот материал, скопируйте данный код в свой блог.

Код для публикации:


 Powered by Max Banner Ads 
Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru
Использование любых материалов, размещенных на сайте www.crisis-blog.ru, возможно только при условии размещения, неотъемлемо от текста публикуемой статьи, активной гиперссылки на сайт www.crisis-blog.ru.
Спасибо за понимание.